Трансферные окна появились только в 2002 году – чтобы ограничить власть игроков и агентов. АПЛ была против

Манчестер Юнайтед ФИФА Иан Райт премьер-лига Англия серия А Италия УЕФА Эрик Кантона Энди Коул Футбол

Как оформляли сделки, когда не было рамок?

В разгар Boxing Day-1994/95 произошло сразу два трансфера. Один, непримечательный, случился в Восточном Лондоне: «Вест Хэм» арендовал полузащитника «Страсбура» Майкла Хьюза. Второй, очень громкий, завершили в Манчестере: «Юнайтед» за рекордные 7 миллионов фунтов выкупил лучшего бомбардира «Ньюкасла» Энди Коула.

Коул забил 12 голов в 18 матчах и удержал «Юнайтед» в чемпионской гонке, пока Эрик Кантона отдыхал от футбола после занятий кунг-фу. К последнему туру «Манчестер» подошел вторым в двух очках от «Блэкберна» и получил шанс: «Роверз» проиграли на «Энфилде». «Ман Ю» нужно было победить слабый «Вест Хэм», болтавшийся неподалеку от зоны вылета; мало кто сомневался, что мотивированные фавориты задавят лондонцев.

Но «Вест Хэм» остановил манкунианцев. Матч закончился со счетом 1:1; Хьюз забил, а Коул запорол два выхода один на один. Переходы, совершенные посреди сезона, решили судьбу титула.

Трансферные окна кажутся сегодня такой же обязательной и вечной частью футбола, как судья или мяч. Они разбивают сезоны на две половины, летом превращаются в главную тему новостных лент и породили особый вид болельщиков, которых переходы цепляют не меньше самой игры. В общем, они – такое же шоу, как и сам футбол. Иногда кажется, что трансферные окна существовали всегда, но на самом деле они появились только в 2002 году – после нескольких лет ожиданий и споров.

Трансферные окна – результат агентского беспредела. УЕФА ввел их под давлением топ-лиг

15 декабря 1995-го Жан-Марк Босман выиграл пятилетние судебные разборки с УЕФА и до основания разрушил систему. До него футболисты находились на положении рабов и принадлежали клубам даже после истечения контракта; уйти по своему желанию было невозможно, и боссы пользовались этим – занижали зарплаты и прессовали недовольных. Президент клуба мог разрушить любую карьеру.

Дело Босмана привело футбольные правила в соответствие с трудовыми нормами ЕС. Суд ввел институт свободных агентов и отменил лимит на легионеров для игроков из ЕС (раньше условная «Барса» могла выпустить только трех игроков не из Испании). Футболисты получили инструмент давления и свободу перемещения в странах ЕС, а клубы – возможность покупки любой звезды. Так началась эпоха суперклубов и гигантских сумм.

Жан-Марк Босман (в центре) и его адвокаты

Прямым следствием стал резкий рост агентского мира. Посредники появились в начале 80-х, но огромные деньги и власть получили только с правилом Босмана. А отсутствие трансферных окон сделало их возможности колоссальными. На рынке не было ограничений, и агенты могли увести игрока к конкуренту прямо посреди чемпионата – это давало им огромные возможности в давлении на клубы. Руководство лиг бесило появление новой силы.

«Нам нужен контроль над агентами, которые постоянно устраивают аукционы, – сказал исполнительный директор АПЛ Питер Ливер в 1998 году. – Кроме того, клубам пора научиться планировать сезоны заранее. Трансферные окна имеют смысл».

Примерно в то же время встретились боссы девяти главных лиг Европы (топ-5 плюс чемпионаты Бельгии, Шотландии, Голландии и Португалии). Они поддержали федерации, давно протестовавшие против трансферного хаоса, и пригрозили УЕФА созданием собственной лиги. Через год УЕФА объявил о работе над общеевропейской трансферной системой. Новые правила должны были:

  • ослабить власть игроков и агентов, которые смогли бы менять клубы только в определенные месяцы;

  • упростить работу тренеров, которые смогли бы рассчитывать на определенный состав без неожиданных уходов;

  • увеличить возможности для молодежи – воспитанники получали больше шансов, потому что при прежней системе клубы заменяли травмированных игроков трансферами и арендами в любой момент (ноябрь, март – неважно);

  • упрочить коммерческую связь между фанатами и командой: покупая футболку, болельщики теперь точно знали, что игрок не уйдет посреди осени.

Систему разрабатывали несколько лет, иногда она была на грани срыва. Оказалось, что окна помешают не только агентам. Английские клубы выступили против.

Клубы АПЛ боролись против введения ТО. Им была выгодна старая система

Англичане начали обсуждение трансферных окон в 1991-м, примерно в одно время с учреждением премьер-лиги – обретая независимость от федерации, клубы искали максимально удобную систему. В сезоне-1991/92 вопрос вывели на голосование, но к переменам оно не привело – старая система победила с перевесом в несколько голосов. Разницу сделали маленькие клубы, которые привыкли продавать с наценкой посреди сезона.

Через год тему оживил тренер «Тоттенхэма» Терри Венейблс. Венейблс копировал серию А, которая ограничила рынок задолго до Европы и была в авангарде перемен, и предложил сделать два окна: одно летом, второе – на две-три недели в декабре или январе.

В Италии, впрочем, зимних трансферов не было. Магазин закрывался летом, когда начинался сезон, и снова открывался в октябре – до 1 ноября. В таком методе был расчет: поиграв месяц, клубы нащупывали незамеченные недостатки и разбирались с ними в середине осени, оттуда планируя состав уже на весь сезон. Зимние окна появились в серии А только в 1995-м и открывались на месяц с 1 декабря – к январю Италия постепенно пришла в конце 90-х (исключая сезон-2000/01, который из-за Олимпиады в Сиднее начался 30 сентября – тогда покупки были разрешены с 1 июля по 31 января).

Руководство лиги поддержало Венейблса, но маленькие клубы снова выбрали традиционную схему. Идею забыли. Отдельные обсуждения случались, но до конкретики не доходило до конца 90-х, когда боссы АПЛ поучаствовали во встрече девяти топ-лиг. Выше уже было сказано, что УЕФА начал разработку общего трансферного окна, но все оказалось не так просто: как и в начале 90-х, изменения лоббировало руководство АПЛ, но не клубы. Питер Ливер был уволен, и лига начала борьбу против ТО.

Клубам нравилась старая система, по которой трансферы совершались в любое время кроме апреля и мая (ограничение было сделано для того, чтобы те, кто уже ни за что не борется, не подрабатывали сдачей игроков в аренды другим командам в конце сезона). Все остальное время футболисты спокойно переходили из одной команды в другую. Это давало большую власть агентам, но по нескольким причинам было выгодно и клубам:

  • если новичок не заиграл, его продавали или отдавали в аренду в любой момент – и экономили на зарплате;

  • на ненужных запасных зарабатывали частыми краткосрочными арендами. Например, в декабре 94-го «Оксфорд» арендовал у «Арсенала» Джимми Картера. «Оксфорд» взял игрока 23 декабря, 27-го выпустил его в матче против прямого конкурента – Картер не забил, но сыграл мощно и в одном из моментов попал в перекладину, – а 31-го вернул обратно;

  • выстрелившего игрока выкупали в любой момент. Так «Арсенал» купил Иана Райта (второй бомбардир в клубной истории): когда на старте сезона-1991/92 он забил 5 голов в 8 матчах за «Кристал Пэлас», «канонирам» не пришлось дожидаться января – его выкупили 24 сентября;

  • длинная скамейка была необязательна, потому что травмированного игрока можно было заменить в любой момент. Так в «МЮ» появился Эрик Кантона: клуб искал замену Диону Даблину, который сломался осенью 1992-го, и вышел на француза после отказа Алана Ширера. К концу ноября Кантона забил за «Лидс» 11 голов в 19 матчах, но поссорился с тренером и перешел всего за 1,6 млн фунтов. В оставшейся части сезона он сделал 9+11 по гол+пас, а «Юнайтед» стал чемпионом;

  • можно было усиливаться к конкретному матчу, как «Оксфорд» в истории с Картером;

  • на лидерах можно было заработать, придержав их летом и посреди сезона продав с наценкой.

УЕФА продавил АПЛ, но были и другие сложности. Трансферную систему могли отменить

Летом 2000-го возникла еще одна проблема. Еврокомиссия решила, что трансферные суммы противоречат Римскому договору; речь шла об уничтожении вообще всей системы. Евросоюз предложил ввести в футболе общие трудовые правила. Случись это, контракты стали бы условностью, и футболисты меняли клубы по своему желанию – получив выгодное предложение, они отрабатывали бы пару недель и уходили (или выплачивали символическую компенсацию).

УЕФА и ФИФА боялись, что это решение уничтожит футбольную экономику. ФИФА предложила Евросоюзу, чтобы контракты действовали хотя бы год, а игроки после 24 лет все-таки подлежали компенсации. УЕФА поставил себя более жестко; за ним стояли топ-клубы и пресса, которые разорвали предложения ЕС. Единственным компромиссом, который предложил УЕФА, были трансферные окна – система, которая регулировала огромные потоки денег в футболе, оставляла некоторую свободу передвижений и при этом экономически защищала клубы.

Еврокомиссия приняла его. К концу 2000-го европейские страны подписались под новыми правилами. Трансферные окна заработали в сезоне-2002/03, после двухлетнего переходного периода. Англию заставили присоединиться к договору.

«Английским клубам нравились старые правила. Новая система усложняет жизнь, – возмущался вице-президент «Арсенала» Дэвид Дейн в 2002-м, – нам навязали ее. Мы были резко против, но УЕФА надавил на нас и не оставил выбора».

***

Телеграм автора

Подписывайтесь, не пропустите новые тексты!

Фото: Gettyimages.ru/Mike Hewitt/Allsport; REUTERS; Gettyimages.ru/Clive Brunskill /Allsport, Stevie Morton/Allsport, Henri Szwarc/Bongarts

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий