«Томь» – единственный клуб в России с живым талисманом (белым конем). Но теперь он не нужен: все из-за долгов и нового маскота

Олимп-ФНЛ Томь Валерий Непомнящий Футбол

Марков – с грустной историей из Сибири.

За 15 минут до каждого домашнего матча «Томи» начинается простое шоу: белоснежный конь делает круг по беговой дорожке стадиона «Труд», его наездница держит в руках зеленый флаг, болельщики аплодируют, свистят и машут руками. Все счастливы, с конем фотографируются игроки и болельщики. На других российских стадионах не встретишь ничего подобного.

Традиция жила с 2002 года, но резко обрубилась в конце прошлого сезона: последний раз коня Полковника видели на стыковом матче «Томь» – «Уфа» 2 июня 2019 года. 

Официальная причина: клуб меняется, надо развивать образ маскота Томми – переодетого в костюм лошади человека. «У маскота больше возможностей работать со зрителями, может сфотографироваться, подойти похлопать по плечу. – объяснял пресс-атташе «Томи» Сергей Симонов. – Томми задействован в конкурсах и ездит на мероприятия, а с конем это все сделать нереально, так что теперь основную работу со зрителями будет выполнять ростовая кукла. 

Но «Томь» готова приглашать Полковника [живую лошадь] на важные игры: например, на закрытие сезона или матч с командой премьер-лиги».

Матч с клубом РПЛ был 29 сентября: в Томск на 1/16 Кубка приехал «Тамбов» Александра Григоряна и получил 0:4 от идущей в тот момент на восьмом месте ФНЛ (сейчас на девятом) «Томи». Но Полковника и другой живой лошади на стадионе не было, а хозяйка коня Екатерина Рякина подтвердила, что на матч их никто не приглашал. 

Болельщики недовольны. «Убили символ, убили орла «Бенфики», убили традицию, это было круто и красиво, – мнение томского журналиста и болельщика Никиты Лобикова. – Поставили сшитое в Москве чучело, какой-то динозавр. Просто кошмар. На матче с «Тамбовом» он стоял с флагом, никто к нему не подходил. Это, конечно, мнение со стороны, но особой популярностью Томми не пользуется, даже когда на матчи ходят три-четыре тысячи».

Клуб так не считает. 

«Нас неправильно поняли, – ответила Sports.ru директор по маркетингу «Томи» Анастасия Михайлова. – Маскоту уже три года, конь почти с самого основания, и его мы не убираем. Просто решили сделать символичнее, поэкспериментировать. Вы же сами знаете, чтобы придать [чему-то] ценности – это надо убрать. Мы ни в коем случае не отказываемся от коня, маскот и конь друг друга не заменяют. У маскота – свои планы. У коня – тоже.

– Тогда почему его не было на матче с «Тамбовом»? 

– Думали об этом, но оценили по продажам билетов: холодно (10-12 тепла – Sports.ru), народу мало (пришло 2400 зрителей, главный аншлаг сезона – 4100 на «Роторе» – Sports.ru), а мы хотим придать коню значимости. Конь же не привлечет отдельную аудиторию. 

И так 4:0, все прекрасно. Почему мы говорим про коня, хаха?» 

Клуб считает, что все на месте, но по факту с августа «Томь» существует без живого талисмана. 

И дело не только в планах по развитию клуба, а в долгах перед лошадью и ее хозяйкой, которая отказывается выходить бесплатно. 

Чтобы разобраться во всем, Евгений Марков погрузился в историю сибирского футбола.

«Томь» действительно уникальна. Помимо живого талисмана, скопированного у «Бенфики», на эмблеме есть латинская надпись

Живой конь выходил на беговые дорожки с 2002 года – это идея генерального директора «Томи» с 1992-го по 2012-й Юрия Степанова. «Мне было интересно смотреть на разные футбольные примочки и примерять на свой клуб, – рассказал он Sports.ru. – Увидел, как [перед игрой «Бенфики»] на тумбу опускается орел, и появилась мысль – сделать живой талисман, а не плюшевых уродов, глядя на которых люди не знают, смеяться им или плакать. 

Напрашивалось, что это будет конь. Томск исторически связан с лошадьми, конь есть на гербе города (с 1785 года), кони здесь были основным видом транспорта, в Томске находится единственный за Уралом ипподром с корковым треком, скачки были популярным видом зрелища. В общем, было бы неплохо получить такого коня. Решение приняли моментально – у нас была громадная самостоятельность, реализовать было несложно».

«Томь» играла в Первой лиге, но мощно развивалась и удивляла. Еще до появления живого талисмана, в 1996 году, на клубной эмблеме появилась латинская надпись Sui Generis, то есть «единственный в своем роде».

«Сначала герб был без девиза, и я хотел его дополнить, – продолжает генеральный директор Степанов. – Учитывая геральдические традиции, я хотел найти своеобразную вещь, которая не экспортировалась раньше нигде, полистал книжку «Латинские изречения» и нашел то, что бы соответствовало философии и истории клуба. Так и появилась латинская ленточка».

Почему именно в середине 90-х и что за философия? Для погружения в эпоху я поговорил с болельщиком «Томи», футбольным скаутом и блогером Sports.ru, написавшем о родной деревне Садьо Мане, Хасбулатом Махаевым. 

«В начале 90-х клуб стоял во второй лиге, в основном играли местные футболисты и парни из ближайших регионов, а в 1996 году все резко изменилось. Новые руководители привлекли серьезного спонсора – «Восточную нефтяную компанию», которая занимались добычей нефти в Томской области. Клуб поставил новую задачу – выход в Премьер-лигу. Под которую придумал новые герб и девиз. 

Юрий Степанов

Посыл девиза был в том, в Томске начал развиваться футбол, пришел достаточно известный тренер Владимир Юрин – воспитанник Валентина Кузьмича Иванова, легенда «Торпедо», на четвертом месте по количеству матчей за клуб. А за ним – двое игроков-торпедовцев: Андрей Талалаев и Андрей Мурашов, оба в 1992-м забивали «Реалу» в Кубке УЕФА.  

Тогда у «Томи» и пошел прогресс. В 1996 году – второе место во второй лиге. В 1997-м – наконец выиграли свою зону и вышли в Первую лигу. Постепенно повышали уровень, в Томске гордились, что с каждым годом места выше и выше, и доросли до Премьер-лиги в 2005-м».

Сезон-2006 «Томь» закончила на восьмом месте (повторили в 2010 году) – лучший результат в истории клуба, а главный бомбардир команды Павел Погребняк получил вызов в сборную. 

Первый конь был не совсем белым, но мощным и заводным. Его отстранили от матчей «Томи» – вскоре он умер  

Сначала болельщики познакомились с бурым конем по кличке Лазурный (порода –  советский тяжеловоз), которого Степанов нашел на томском ипподроме:

«Он был не совсем белым, как бы нам хотелось, зато брутальный коняра, нереально здоровый и мощный. Прогнали его при пустых трибунах, чтобы привык к обстановке, – понравился, договорились с ипподромом. Тот сезон был отличным, в один момент выиграли два матча на выезде, ожидали аншлаг и боялись, что коняшка испугается и начнет убегать. Стадион забился битком (тысяч 12 точно), но Лазурный к его чести повел себя по-мужски и по-сибирски: ничего не испугался, а мы уверенно обыграли лидера – астраханский «Волгарь». 

Лазурный работал на матчах «Томи» до 2010 года, почти все это время его наездницей была Екатерина Рякина (сейчас тренер по верховой езде). Она с детства любила лошадей: сначала игрушечных, потом каталась на настоящих по городскому саду, а в 11 лет родители отдали ее в конноспортивный клуб. Хотя в начале сезона-2002 на Лазурном ездила другая наездница, но сломала руку, и тогда ее заменила Екатерина – болельщица «Томи». С тех пор и до июня 2019 года она пропустила только один домашний матч – в 2018-м, когда конь захромал. 

До стадиона Екатерина добирались верхом на Лазурном: в дни матчей всегда пробки, а они из конюшни доходили легкой рысью за 40 минут, параллельно заряжаясь футбольной атмосферой. 

«Верхом на лошади – всегда эмоции, – говорит Екатерина. – Ощущение полета, свободы, силы, под вами бог. Когда едем по городу – машины сигналят, все машут, узнают и постоянно спрашивают: «С кем играют?» Пока мы доходили, у коня улетучивается лишняя энергия, он становится спокойнее. Люди до сих пор вспоминают, говорят, что это Лазурный, хотя его уже несколько лет нет в живых. 

Конь принадлежал государственной конюшне с ипподромом. И в 2010 году руководство госконюшни по каким-то причинам пришло к [генеральному директору «Томи»] Степанову – расказали, что Лазурный плохо себя чувствует, почти умирает, и талисман надо менять. Это была подстава: с Лазурным все было нормально, он бы до сих пор ходил. Под таким предлогом они хотели продвинуть свою лошадь – тогда это было престижно и зрелищно. 

Руководство клуба не стало спорить, там были люди авторитетные, и публике представили некого Аполлона, который после тяжеловоза Лазурного выглядел непрезентабельно: небольшой, темно-серый в яблочко – якобы на госконюшне не было других лошадей. 

Аполлон выглядел странно, поэтому проехал только один круг на проводах Лазурного, потом выбрали белого коня по кличке Виток, а Лазурного так и не вернули. Я его с тех пор и не видела. А в 2012 году госконюшня обанкротилась, лошадей выкупали частники, но конкретно Лазурного – не смогли, руководство отказало. 

– Как так? 

– Руководство госконюшни отдало его работать в колхоз. Такое дело принципа – нам его не отдали. Ему было 20 с чем-то лет (в среднем живут 25-30 лет – Sports.ru), отработал всю жизнь, ходил на конюшне в телеге, зарабатывал деньги футболом. И вместо благодарности его куда-то заслали. Мне не говорили, где он. Потом через кого-то выяснилось, что у него инфекция и несколько лет назад он умер. До сих пор не знаю, правда ли это». 

Нынешнего талисмана «Томи» (зовут Серегой) кастрировали: без футбола он стал хулиганом. Екатерина отказывается от работы из-за долга – 350 тысяч рублей

В 2012 году главным томским конем стал Полковник – личная лошадь Екатерины, русский рысак, «красивый, ладный, не агрессивный к другим жеребцам», сейчас ему 14 лет. Так как лошадей любят очеловечивать, Полковника по цвету называют Серегой или Серым. 

В последних сезонах Полковник начал хулиганить. «Однажды развернулся и пошел в обратную сторону, – рассказывала Екатерина. – Хорошо, что там сейчас трибуны нет. Мне пришлось заставить его пойти. А представляете, как мне сложно: у меня в одной руке флаг и веду я эту «обезьяну» одной рукой. Но все-таки проехали. Победила я его».

Екатерина продолжала выступать на матчах (и сразу после круга почета уводила коня домой), но в августе между конюшней и клубом наступил окончательный холод: «Томь» отказался от постоянного символа, а перед Екатериной и конюшней накопились долги. 

Полковник – личная лошадь Екатерины, она арендует для него денник (квартиру для коня) на территории конноспортивного клуба «Баланс», сама содержит лошадь. В среднем это 15 тысяч рублей в месяц плюс отдельные средства на ветеринарное обслуживание и подковку раз в два месяца. 

«Все было нормально и в тяжелые годы, – рассказывает наездница. – Генеральный директор [с 2012-го по 2015-й] Артем Фоменко бережно относился: были финансовые проблемы, были более важные платежи, но мы договаривались, и мое руководство, и руководство клуба шло на диалог. «Нет, мы Полковника не бросим». И не бросали.

А с 2015 года – постоянные задержки и долги.

Дохода с того, что мы выезжали на матчи, – у меня никакого, а только расход. То, что было прописано в договоре – не выполнялись вовремя. Ни средства на подковы, ни подковка, ни новая амуниция, ни новые вещи – ничего. Конечно, раньше я выступала за идею: о, класс, это же прекрасно. Но через 10 лет уже стало рутиной. Сначала я была студенткой 17-18 лет, деньги мне не приходили, ведь контракт был с госконюшней: мне давали 100 рублей на проезд, даже много по тем временам.

Сейчас разбирательством с «Томью» занимается бухгалтерия конного клуба: в какой-то момент долг приблизился к полумиллиона. Скидывали небольшие суммы – около 50 тысяч из 200 задолженных. Потом появилась статья, что нам не платят, – еще что-то упало. 

На данный момент нам должны около 350 тысяч рублей (примерно три года содержания лошади). В конце 2018 года закрыли долг за 2016-й, последний платеж за 2017-й был весной 2019 года. Получается, долг тянется два года. 

Это не мои деньги, моя часть гораздо меньше: мне по контракту должны 15 тысяч за содержание лошади (помыть, собрать, доехать) + тысячу рублей за выезд всадника. И то предыдущее руководство, генеральный директор Руслан Киселев [2015-2017] просил уменьшить сумму выезда: мы пошли навстречу, переписали договор, опустили цену на содержание. Теперь стучимся в клуб, нам отвечают: «Денег нет, но вы держитесь». Генеральный директор Татьяна Смирнова говорит, что придут в августе, потом в декабре, потом в январе, но ничего так и не приходит».

Татьяна Смирнова не смогла с нами пообщаться по медицинским причинам, тогда финансовый вопрос мы задали директору по маркетингу Михайловой: 

– Владелица лошади говорит, что перед ней не закрыли долги. Это так?

– Неправда. Мы периодически кому-то должны. Клубы получают деньги траншами, это нормальная ситуация, проблема не в этом. Не знаю, почему она так сказала. Мы общаемся с компанией, с которой у нас заключен договор. Не этот владелец, так другой, в чем проблема? 

Еще раз. Мы никого не заменяем. Это глупость. Просто хотим улучшаться. Проблемы нет никакой».  

Владелица Полковника видит проблему в том, что с одним-двумя выездами за сезон конь потеряет работу и будет невостребованным. 

«У Полковника не было другой работы, кроме футбола, – он содержался для выездов на матчи: мы следили, чтобы его не повредили, тренировали с ним движения. Теперь работы у него нет, не хватает выплеска энергии, он стал более агрессивным: сбрасывал всадников, убегал, слишком много думал о девочках, стал непослушным. Поэтому несколько дней назад его кастрировали, перевели на работу с детишками. Иначе нет смысла его содержать. 

Теперь грустим. Был единственный живой талисман, которого все знали. Фотографировались и футболисты другого клуба, и приезжие болельщики. Мне непонятно поведение руководства, со мной так и не вышли на связь. А смысл мне содержать лошадь целый год ради открытия и закрытия? Талисман либо есть, либо нет. 

Говорят, что нас будут вызывать на какие-то матчи, но я не согласна, не буду никуда ездить. Да и меня никто не приглашал. Может, подать в суд?».

***

«Есть маленький секрет – футболисты почти не видят лошадь, круг почета происходит, когда они уходят с разминки в раздевалку, – вспоминает главный тренер «Томи» в 2008-2011 и 2014-2016 годах Валерий Непомнящий. – Но болельщики здорово воспринимают это: мы хоть и не англичане, но к традициям относимся очень трепетно. 

Наездницы – очень милые девушки, которые любят коней, и патриоты Томска. Для меня выезд коня – очень важный момент объединения команды, народа и болельщиков. У Томска есть несколько символом. Лошадь – одна из них. 

– Слышали, что с конца прошлого сезона лошадь не выезжала? 

– Ого. Не слышал. Для меня очень неприятная новость. У нас во все времена как бы трудно не было – всегда договаривались, лошадь была». 

Фото: fctomtomsk.ru/Дмитрий Шуба, Антон Харин, Иван Землянухин; vk.com/fctomtomsk; vk.com/id141256374; РИА Новости/Яков Андреев; yandex.com/Collections/Svetlana T; fc-rostov.ru

Источник: http://www.sports.ru/

Добавить комментарий